?

Log in

No account? Create an account

September 13th, 2019

Наш "Холмс" как икона

Продолжаем исследовать сериал Игоря Масленникова.

Иконографический образ: переход от бытового до возвышенного
Наш «Холмс» в деталях
Александр СЕДОВ
(с) эссе / сентябрь 2019 г.
 .
В той мере, в какой показанное в фильме зло – в лице «пресмыкающегося» профессора Мориарти или его клыкастого помощника, или просто в виде фотокарточек с уголовными рожами – уродливо, надломлено, отягощено какой-либо гримасой, то есть «противно естеству», низведено в своём существовании до карикатуры, – так и светлый гений Ливанова-Холмса естественен, и легко-просто, до гениальности, совершает переходы от бытового существования к возвышенному. Почти играючи, по-моцартовски обращает окружающий вещный мир – основной объект внимания сыщика – в вечный мир универсалий. Оператор-постановщик даёт нам понять это свойство Холмса, к примеру, в эпизоде возвращения сыщика из служебной командировки.
 .
Начало серии «Король шантажа», эпизод номер два. Холмс и Ватсон едва переступили порог своего дома, у них пока чемоданное настроение. Вместе с домохозяйкой они топчутся в прихожей, короткий малозначащий разговор о заходившем недавно газовщике. Жанр бытовой зарисовки. Или как говорит режиссёр Масленников: «жанризм» (термин, часто встречающийся у искусствоведов, которые занимаются изучением живописи «малых голландцев»). Ручная камера семенит за сыщиком дальше. Холмс подходит к столу, на котором ворох накопившейся корреспонденции. Но – раз! И с некоего момента бытовая сценка, без монтажного переключения, без перебивки кадра, превращается в иконографический образ: Шерлок Холмс в центре мироздания.
 .
На самом деле великий сыщик – в центре своей гостиной, просматривает почту. Косые лучи из окон, тёмный задник со светлым пятном, утонувшие в квартирном сумраке лестница, стены и дальнее окно позади него, – вся эта вдруг, «случайно» сложившаяся композиция отсылает нас к тому, как в эпоху европейского Возрождения представали на полотнах великие учёные-гуманисты. (...)
.

Характер советской изобразительной культуры рубежа 1970-80-х годов располагал к подобного рода аллюзиям и перекличкам. Живопись и кинематограф всегда были двумя сообщающимися сосудами, но в семидесятые эта взаимосвязь заметно усилилась. (...)
.
полностью читать на Яндекс-дзен